Месть  - Виктория Шваб

– Тебе действительно следовало бежать вместе с остальными, – сказала она. Ее рука засияла красным.

Боль пронзила лицо Эли, волна агонии, когда кожа распалась, обнажив зубы, челюсть. Но даже пока гниль распространялась, он чувствовал, как мышцы и кожа заживают. Веселье улетучилось из глаз Марселы, сменившись удивлением и шоком.

– Зачем мне бежать? – сказал Эли. – Я здесь, чтобы убить тебя.

Марсела отстранилась, внезапно охваченная неуверенностью.

Он скучал по этому – выражению их лиц перед смертью. Тому, как весы дрожали, прежде чем снова обрести равновесие. Как будто ЭO знали, что неправы, что их жизни – то, что они принимали за жизнь, – украдены. Что пришло время их вернуть.

Рядом раздался выстрел, затем еще один, и через несколько секунд воздух над головой засиял сине-белым, потрескивая от энергии. Виктор стоял, запрокинув голову, и когда Эли проследил за его взглядом, то увидел Джонатана в самом сердце шторма. Виктор развел руки, и воздух вздрогнул, ЭО наверху скрылся из виду.

Удивление на лице Марселы дрогнуло, показался страх.

У Эли была теория. Он решил ее проверить.

Пока Джонатан был занят, Эли протянул руку и схватил Марселу за горло.

На этот раз вокруг нее не было света, шока силового поля, только мягкая белая кожа под его пальцами.

Марсела вцепилась в руку Эли, рукава его костюма тут же рассыпались. Кожа под ними отслоилась, затем зажила, затем снова отслоилась.

Но Эли не отпускал.

По всей галерее Стелл и его солдаты пытались вывести охваченную паникой толпу, в то время как по другую сторону статуи Виктор продолжал демонстрировать свою собственную силу Джонатану, как будто другой ЭO был лишь цепью, чем-то, что можно перегрузить и прервать.

Если так подумать, они в некотором смысле снова работали вместе. Как в старые добрые времена – если их можно назвать добрыми.

Почти поэтично, подумал Эли, но увидел солдата ЭОН, что возник позади Виктора.

– Нет! – крикнул Эли.

Но либо его никто не слышал, либо им было все равно. Солдат подошел к Виктору, схватил его за горло и потащил назад, нарушив фокус.

Сине-белый свет силового поля вокруг Джонатана исчез, а затем снова появился, на этот раз вокруг Марселы.

Послышался шум вроде грома, сильный треск – а затем Эли отбросило назад. Боль пронзила его спину, когда он ударился о ближайший столб в нескольких футах от земли. Но Эли не упал. Он посмотрел вниз и увидел металлическую часть бра, выступающую из его груди.

Эли стиснул зубы, пытаясь подтолкнуть себя вперед и снять тело с железного крюка.

Марсела пошла к нему, потирая горло.

– Должно быть, вы Эли Эвер, – хрипло сказала она. – Великий палач ЭО. Должна признать, – продолжила она, положив руку ему на живот, – я не в восторге.

Марсела насадила Эли обратно на крюк, железо царапало его внутренности, спина ударилась о столб.

Он издал рычание.

– Кажется, ты не исцеляешься, – сказала Марсела, глядя на испачканную ладонь. – Все еще планируешь меня убить?

– Да, – прошипел Эли, кровь сочилась между его зубов.

Марсела щелкнула языком.

– Мужчины.

Она вонзила ногти в его поврежденный живот. Эли ощутил боль, когда слои кожи и мышц отодвинулись, органы сжались, и он начал умирать.

* * *

Придушенный крик Эли пронзил мраморный зал, когда Виктора вынудили упасть на пол.

– Не можешь повредить тому, что не видишь, – сказал солдат ЭОН за его спиной. Это было не совсем так. Особенно когда им хватало дури хватать Виктора за горло.

Солдат закричал, будто его рука сломалась. Без сомнения, так оно и было. Как только хватка вокруг горла ослабла, Виктор вскочил на ноги и отрубил солдата коротким уверенным движением.

Солдат без сознания упал на мрамор, и Виктор снова обратил свое внимание на Эли. Тот висел на металлическом крюке в нескольких футах от земли.

Выстрелы эхом прокатились по зданию суда. Похоже, Стелл понял, что особые способности Джонатана требуют прямой видимости, и теперь опустошал свой пистолет в ЭO на балконе. Сине-белый свет переместился, но затем пистолет Стелла щелкнул пустым затвором, и Джонатан отомстил, выпустив град своих пуль, заставив и Виктора, и Стелла нырнуть за соседние колонны.

Виктора терзали сомнения.

Если он убьет Джонатана, Эли сможет убить Марселу.

Если нет, Марсела сможет на самом деле убить Эли – смерть, о которой Виктор так мечтал.

И которую все еще хотел приберечь для себя.

В конце концов, решение Виктору помог принять не Эли и не Марсела, а Джун.

Она появилась перед ним снова в облике Митча и приставила пистолет к собственной голове.

– Я просила по-хорошему, но ты не слушал.

Джун положила палец на курок.

– Убей Марселу, – приказала она, – или потеряешь его.

Все в Джун, от твердой руки до ровного взгляда, говорило Виктору, что она застрелит Митча, просто чтобы доказать свою правоту, не говоря уже о том, чего она хочет.

– Когда все закончится, – сказал Виктор, – нам с тобой придется побеседовать.

А затем обогнул колонну, уже потянувшись к нервам Джонатана. Щит снова вспыхнул, сине-белый и вызывающий, и пот покрыл кожу Виктора. Он никогда не разряжал столько энергии на одного человека, его собственные нервы потрескивали и гудели от огромных усилий, угрожая отключиться раз и навсегда.

Но наконец силовое поле начало поддаваться.

* * *

У Эли плыло перед глазами, пока рука Марселы пробиралась все глубже.

Но он все равно увидел вспышку света на балконе позади нее.

Губы Эли зашевелились, словно умоляя, и когда Марсела наклонилась ближе, он как можно сильнее врезал ей лбом по голове. Без защиты Джонатана удар достиг цели, и Марсела отшатнулась назад, держась за щеку. Она развернулась и увидела собственный щит вокруг Джонатана. Марсела направилась через всю комнату к Виктору, бросив Эли прикованным к столбу.

Чугунный слиток все еще выступал из тела, хотя Марсела наполовину его разрушила – вместе с желудком. Эли ударил кулаком по ржавому металлу, и тот обломился.

Эли уперся ногой в столб позади себя, оттолкнулся и упал на пол. Желудок был разрушен, но без кованого железа рана уже заживала. Органы закрывались, ткани сплетались обратно в чистую, гладкую плоть.

Оглушительный треск пронзил здание суда, когда силовое поле Джонатана наконец разбилось. ЭО перевалился через перила и полетел вниз, ударившись об пол с глухим стуком мертвого тела.

Виктор покачнулся, а затем опустился на одно колено, задыхаясь от усилий. Он не видел, как Марсела двигалась к нему. Ее шаг ускорился, руки начали светиться.